Знаете, когда слышишь слова «золотой прииск», перед глазами сразу встает какая-то романтичная картина: старатели с кирками, сверкающий песок в лотках и, конечно, мешки с драгоценным металлом. Но реальность, как всегда, оказалась куда прозаичнее, суровее и, честно говоря, интереснее любых выдумок. Сегодня я хочу вспомнить два места, которые гремели на всю тайгу в позапрошлом веке, — это прииски Гавриловский и Ново-Марининский. От их былого величия ничего не осталось, но история там была поистине интересная.
Начнем с Гавриловского. Первые слухи о золоте на реке Огня пошли еще в далеком 1845 году. Представляете, до отмены крепостного права еще целых 16 лет, а тут уже вовсю кипит работа! Пишут, что официальное открытие прииска Гаврилой Мошаровым пришлось на 1851-й, и владельцами стал купец Рязанов и К° (история, к сожалению, не сохранила для нас его полного имени). Но уже тогда размах впечатлял: только за первый полноценный сезон работники намыли 14 пудов золота. Это почти 230 килограммов! Огромные деньги по тем временам.
Но это были лишь цветочки. До 1863 года здесь трудилось больше тысячи человек! И их усилия принесли уже 770 пудов драгоценного металла. Цифра, от которой захватывает дух. Однако время не щадит никого. В советские годы сюда пришли уже не вольные старатели, а спецпереселенцы и организованные артели. Работа стала жестче, механизированнее. В 1932 году на Гавриловском случилась настоящая техническая революция — запустили экскаватор и гидромониторную добычу. Вода под давлением размывала породу, делая работу быстрее, но и уничтожая ту самую «ручную» романтику.
В 1982 году на месте Гавриловского прииска построили асфальтовый завод. Он проработал несколько сезонов, обеспечивая местные нужды, а потом его просто закрыли.
Теперь давайте перенесемся на прииск Ново-Марининский. Он был открыт в том же 1851 году, и принадлежал Григорову, а затем перешел по наследству его детям. Здесь масштабы были скромнее: до конца XIX века добыли всего 157 пудов. Но это место запомнилось совсем другим.
В конце 20-х годов ХХ века здесь появился заготпункт кооперативной организации с пафосным названием «Интегралсоюз». Звучит как космический корабль, а на деле — обычный пункт скупки. В обязанности работников входил закуп у местного коренного населения эвенков пушнины, рыбы, ягод и грибов. Вот такой вот социально-экономический гибрид: золото копают, но и о дарах тайги не забывают.
А еще на Ново-Марининском работала Драга №13. Но главное, что меня поразило, так это электрическая установка в середине 20-х годов! В глухой тайге, где до ближайшего города сотни верст, у людей был свет. Представляете, как это облегчало быт? В то время как многие деревни центральной России сидели с лучиной, здесь горели лампочки.
Однако ни золото, ни электричество не сделали эти места бессмертными. Самым долгожителем среди населенных пунктов Новомихайловского совета оказался не прииск, а подсобное хозяйство «Таёжник». Ферма, обычная сельская ферма с коровами и огородами, пережила закрытие приисков. До середины 80-х годов она кормила местных жителей. Потом ее перевезли на Тею, а в 1997 году и «Таёжник» благополучно закрыли. 90е, что тут скажешь!
Когда читаешь сухие строчки архивов: столько-то пудов, такой-то год, — сложно прочувствовать жизнь людей. Они ведь не просто добывали металл. Они рожали детей, влюблялись, мерзли в палатках, радовались первой лампочке и удивлялись огромному экскаватору. Гавриловский и Ново-Марининский сегодня — это лишь названия на карте. Но за ними стоит целая эпоха освоения Севера, со своими подъемами, техническими прорывами и горькими захоронениями. И пока мы это помним, тайга не молчит.
Мы в Макс